*Konohomaru*
Название: Теория Хаоса
Автор: рии-но-аме
Перевод: Конохамару
Рейтинг: пж13
Жанр: романтика, хоррор, всего по чуть-чуть
Ворнинги: внимание! ------ ER


ТЕОРИЯ ХАОСА

Глава 1. Тайны и ложь.


- Стойте ровно, Абарай-фукутайчо!
Ренджи вздрогнул. Этот скрипучий голос никогда не был приятным.
- Вы оказали неоценимую услугу Сейретею, - на него смотрели отливающие золотом глаза капитана двенадцатого отряда, - и мне.
Длинный ноготь прочертил невидимую царапину по татуированной шее лейтенанта. Несмотря на плотно запахнутый черный шикахушо, мужчина чувствовал себя абсолютно голым.
- Куроцучи-тайчо… - от звуков его голоса, казалось, замерли все сотрудники лаборатории, даже вечно жужжащие компьютеры и датчики смолкли. Нему заинтересованно на него посмотрела. Ренджи, с опаской, оглянулся, но решил продолжить. - Все это… действительно необходимо?
«Потому что, будь моя воля, я бы обходил этот гадюшник седьмой дорогой. Ноги бы моей не было в этом фильме ужасов».
- Да, - глаза ученого опасно сузились, он медленно обошел лейтенанта по кругу, тот лишь поворачивал голову, следя за каждым шагом капитана. - Это необходимо. Ты единственный, кому удалось убить Куросаки, когда он превратился в Пустого. Мне необходимы все расчеты.
- Но со мной же были Зараки-тайчо и… - попытался возразить лейтенант.
- В Зараки, кроме горы мышц, исследовать нечего! - фыркнул Маюри. Прежде чем Ренджи успел привести очередной аргумент, ученый поднял руку вверх и отдал приказ девушке. - Нему! Он мне мешает, сделай так, чтобы он помолчал!
- Да, Маюри-сама, - покорно отозвалась та, прижимая руку ко рту Ренджи. Красноволосый решил не дергаться, потому что та запросто могла свернуть ему челюсть, или еще хуже. Он постарался дышать ровно и не дрожать от прикосновений холодных пальцев к разнообразным цветным датчикам и проводкам, прикрепленным к его запястьям, шее и вискам. Капитан Двенадцатого задумчиво смотрел в монитор и лейтенант решил, что если он не будет сопротивляться, то быстрее унесет отсюда ноги.
Ренджи почувствовал, что краснеет от негодования. Маюри продолжал сосредоточенно что-то записывать, читать на мониторах, запрашивать какие-то параметры. «Я что лабораторная мышь, чтобы ставить на мне какие-то эксперименты?!». Лейтенант чувствовал себя крайне неуютно под таким количеством взглядов, направленных на него и боялся, что сумасшедший ученый проделает с ним что-то эдакое. «Ведь он уже подсадил какие-то бактерии в Исиду, а что ему стоит сделать что-то подобное…».
Вид шприца в руках Куротсучи заставил Ренджи отшатнуться.
- Тише, - проскрипел Маюри. Его улыбка, видимо, должна была убедить лейтенанта в том, что все в порядке. - Будь умницей. Не дергайся. Это надежный препарат.
Страх заставил резко отбросить руку Нему в сторону.
- Что это за хрень? - заорал Ренджи, шагая назад. Но девушка была начеку и скрутила руки ему за спиной так сильно, что он не смог пошевелиться. Голос дрожал. - Уберите эту херню от меня!
Воспоминания. Боль. Страх. «Маленькие куколки в руках сумасшедшего ученого».
Маюри пропустил его слова мимо ушей. Ренджи закрыл глаза и попытался успокоиться. Это же не Хуэко Мундо, а Куротсучи Маюри - не Заэль Апорро Гранц, но эти доводы не помогали. Перед глазами стоял сумасшедший очкарик, который уничтожал распластавшегося на камнях, беспомощного Исиду. Хруст собственных костей, разрывающиеся связки и сухожилия. Невыносимая боль и полный мук обреченный взгляд товарища по несчастью. Лишь игрушки в руках злого гения. Ренджи открыл глаза и увидел, что капитан почти подошел вплотную. Только не это. Только не снова. Кто знает, что это за препарат и какими, на самом деле, будут последствия его использования…
- Маюри-сама, - безучастно отметила девушка, - Кучики-тайчо настаивал лишь на осмотре.
- Заткнись, идиотка, - гаркнул Куроцучи на нее, но лейтенант отметил остановившуюся руку с острой иглой. Несмотря на то, что капитану Двенадцатого было плевать на мнение всех капитанов вместе взятых, перейти дорогу Кучики Бьякуе, он вряд ли решится. - Сам знаю! Отложим до следующего раза.
Ученый отложил шприц и стал методично отдирать датчики с кожи лейтенанта Шестого.
- Свободен. Я закончил, - махнул он рукой и, нервно заложив руки за спину, пошел прочь.
«Больше не нужен».
Ренджи чуть ли не бегом бросился к выходу. Лучи заходящего солнца, приятно окутавшие кожу, стали настоящим лекарством от стерильного холода и темноты лаборатории. Успокоиться до конца так и не удалось, поэтому, по возвращении в офис, лейтенант мышью прошмыгнул за свой стол и уперся лбом в скрещенные на столешнице пальцы. Беспощадные золотые глаза и скрипучий голос теперь преследовали его.
- Ренджи.
Спокойный ровный голос тоже навевал воспоминания, лейтенант поднял глаза и понял, что капитан выжидающе смотрит на него.
- Ой, простите, тайчо, - пробормотал Абарай смущенно. - Я забыл сказать, что вернулся.
- Все в Двенадцатом отряде соблюдают мои приказы? - взгляд серых глаз стал обеспокоенным.
- Вроде бы, - уныло отозвался лейтенант. - А что касается Куротсучи-тайчо… - Ренджи почувствовал, что его еще трясет, но он уверенно ухмыльнулся. - Вы же его знаете. Для него все шинигами - это лишь подопытный материал.
- Приказ на обследование я не подписывал, - в глазах Бьякуи проскользнуло сожаление. - Ямамото-сотайчо вынес это решение. Мне оставалось лишь внести свои коррективы.
- Я знаю, - тепло улыбнулся Ренджи. - Спасибо за заботу.
Теперь лейтенант видел, как его капитан заботился о своих самых близких. Хоть он и не мог ничего изменить, но значительно облегчил пребывание в роли подопытного.
- Ммм, - протянул что-то непонятное Бьякуя, вновь утыкаясь в документы. - Я не позволю своему лейтенанту пасть в застенках Двенадцатого отряда, каким бы он любопытным образцом ни был.
Абарай бы рассмеялся над шуткой, обычно весьма немногословного, капитана, если бы перед глазами не стоял надвигающийся на него со шприцом Куротсучи-тайчо. Почему его так трясет, он и сам не мог понять, вроде все уже и закончилось, хотя ничего даже и не началось…
- Бьякуя, - имя сорвалось с его губ, прежде чем он успел подумать. Через секунду, он уже затравленно съежился, надеясь, что капитан не расслышал, не понял, но встретился со спокойным взглядом серых глаз. Ренджи готов был сквозь землю провалиться. «Знаю, знаю, обещал ведь. Нам нужно быть предельно осторожными. Прости». - Не могли бы вы… понимаете…
«Сделать так, чтобы я больше не переступал порог этого крысятника! Слишком много воспоминаний. Они сводят меня с ума. Как же я жалок!». Сейчас он что-то мямлил капитану, выпрашивал, словно маленький ребенок. Злость на себя и всю ситуацию в целом накрыла с головой.
- Я и ногой не ступлю больше в этот блядский Двенадцатый! И насрать мне, кто там что приказал!
Кучики аж привстал из-за стола, опасно сузив глаза. С губ уже были готовы сорваться едкие замечания, но он глубоко вздохнул и сделал пару шагов к окну. Несколько секунд всматривался в сгустившиеся над Сейретеем сумерки, потом резко развернулся к лейтенанту.
- Ренджи, я же сказал, что не позволю более проводить на тебе какие-либо опыты, - спокойно сказал он, хотя в глазах метались лихорадочные огни. - Я надеюсь, что мне не нужно повторять дважды.
- Откуда вы обо всем знаете? - поднял взгляд Абарай, понимая, что речь идет не только о Куротсучи, но и о Восьмом Эспаде. О той недолгой, но настолько мучительной и безнадежной битве. Капитан медленно подошел к нему, заложив руки за спину.
- У меня надежные источники, Абарай-фукутайчо, - спокойно ответил Бьякуя, но в противовес холодному тону, теплые пальцы коснулись покрасневшей от датчиков и проводов кожи на запястье.
Ренджи оглянулся, в коридоре было тихо. В расположении отряда остались от силы двое-трое дежурных. Он аккуратно провел пальцами по точеной скуле капитана.
- Эй, - после того, как он коснулся теплой кожи, сумасшедшие ученые и безумные эксперименты тут же напрочь выветрились из головы.
- Абарай-фукутайчо, - капитан замер. Одно только обращение по тону было похоже на выговор.
«Так долго». Уже две недели прошло, с момента той безумной, всепоглощающей и всеохватывающей ночи. Дальше были только долгие изучающие взгляды или мимолетные касания пальцев. Этого явно было недостаточно. А бумажной работы все не уменьшалось, в отряд снова прибыли новенькие, которых нужно было обучать азам, а в офис постоянно кто-то заглядывал. Ренджи хотел уже было отстраниться, но убедившись, что никого под дверью нет, продолжил незамысловатую ласку.
- Признай, - прошептал он, - тебе тоже этого не хватает.
Бьякуя уже готов был возразить, сказать, что все это недопустимо, тем более на территории офиса, но Ренджи шагнул к нему и запечатлел на тонких губах страстный поцелуй. Кажется, капитан это признал, потому что кулак, которым он упирался в плечо лейтенанта, разжался. Абарай зарылся пальцами в черные волосы, стараясь не сдвинуть кенсейкан и, когда брюнет начал отвечать на его поцелуй, неожиданно отстранился, чтобы прошептать тому в припухшие губы:
- Ты скучал, да?
Бьякуя молчал, но тут и слова были не нужны. Поцелуй и так говорил обо всем. Во рту теперь был привкус зеленого чая, лейтенант провел языком по своим губам, а потом зарылся носом в белоснежный шарф, который пах то ли жасмином, то ли еще чем цветочным.
В коридоре послышались шаги. Ренджи едва различил их, но Бьякуя отреагировал мгновенно: вывернулся из цепких пальцев и отвернулся. Кто-то из отряда прошел мимо. Лейтенант попытался вновь притянуть Кучики к себе, но тот отступил к двери, осаждая подчиненного ледяным тоном:
- Абарай-фукутайчо, у вас много работы, - румянец на щеках и слегка припухшие губы противоречили словам, но эмоций тот старался не показывать.
- Извините, капитан, - кивнул Ренджи. «Все будет по-другому. Это не Хуэко Мундо. Это Сейретей». Лейтенант прекрасно понимал, чего стоило Бьякуе то обещание и какое наказание он за него понес. Красноволосый был вообще поражен, каким образом их отношения до сих пор остались на плаву, хотя уже немалый промежуток времени были ограничены обстоятельствами их работы.
Вздохнув, Абарай потянулся к стопке бумаг на столе, но необычайно мягкий голос Бьякуи заставил его замереть на месте.
- Ренджи, - казалось, что он даже извинялся за всю свою холодность и отчуждение или это была лишь игра его воспаленного воображения…
- А? – пришлось отозваться, потому что капитан нерешительно молчал, переводя взгляд с одной бумажки на другую. Ренджи, как всегда, залюбовался контрастом черных смоляных волос и покрывшихся румянцем щек, что чуть не пропустил тихое продолжение фразы.
- Я тоже… скучал.
Лейтенант расплылся в улыбке. «Это главное. Большего мне и не нужно». Хотя, вслух почему-то вырвалось:
- Ну так, может…
- Да, - кивнул Бьякуя, не отрывая взгляда от неровной стопки документации, - может.
Потом, он внезапно смолк, задумчиво глядя в одну точку. Тонкие брови сошлись на переносице. Если бы речь шла о ком-либо другом, Ренджи бы даже не обратил внимания, мало ли о чем человек задумался. Но на данный момент речь шла о Кучики Бьякуе, а это многое значило.
- Что случилось?
- Ничего, - отозвался капитан, мутно глядя сквозь подчиненного.
- Эй, - позвал Ренджи и, дождавшись пока тот встретится с ним осмысленным взглядом, попросил, - если что-то не так, обязательно расскажи мне, хорошо?
- Да, - кивнул аристократ, отворачиваясь, - я тебе сообщу все, что будет необходимо, Ренджи.
Красноволосый кивнул, но сама формулировка ему решительно не понравилась. «Прекрати искать проблемы там, где их нет», - сказал сам себе лейтенант, - «первым делом, нужно дообследоваться у Куротсучи-тайчо, чтобы уже поставить жирную точку на двенадцатом отряде и больше там не появляться». Для успокоения пришлось повторять эти слова как мантру, несколько раз подряд.
***
Бьякуя любил ночь. Любил за то, что именно в это время суток он мог делать все, что ему заблагорассудится. Правда, в основном, выходило лишь прогуляться в саду, полюбоваться на излюбленный пруд, в котором отражались звезды, да на причудливые тени, отбрасываемые деревьями. Зато можно было спокойно подумать.
Сегодня же, аристократа не интересовали ни красоты, ни пруд, вокруг которого он рассеянно нарезал круги. Покоя ему не давал один единственный документ, подписанный Ямамото-сотайчо и Укитаке. Приказ о назначении Абарая Ренджи капитаном.
«Абарай-тайчо? Ренджи – капитан?!».
От этой мысли Кучики аж плечами передернул. Нельзя сказать, что аристократ был не в курсе выдающихся способностей своего лейтенанта или попросту препятствовал его продвижению по военной лестнице, но… «Почему именно сейчас? В Сейретее не хватает трех капитанов уже не один день и даже не месяц, что послужило причиной такого скоропалительного решения? Абарай еще после предательства Айзена был в состоянии выполнить банкай, так почему же должность капитана ему предложили только тогда, когда он во второй раз вернулся из Хуэко Мундо?».
Бьякуя почувствовал нарастающее волнение. Как бы ни хотелось, чтобы Абарай был его лейтенантом, нельзя было отрицать то, что он самый достойный из лейтенантов на пост капитана, это было бы эгоистично. «Но каковы же мотивы? Неужели Ямамото-сотайчо в курсе наших с Ренджи отношений? Тогда назначение Абарая было бы вполне логичным довершением его наказания за самовольное путешествие в Хуэко Мундо. Хотя, возможно, я уже сам себя накручиваю, и старик ничего не знает или причина таких мыслей кроется в недавней близости с Абараем-фукутайчо?». От осознания запылали щеки. До этого, он так детально не задумывался над произошедшим, сейчас же он понял, что это не просто теплые дружеские отношения, это то - ч то может поставить под угрозу весь отряд.
Может. Но не поставит. Не зря же Бьякуя гордился собственными своенравностью и проницательностью. Оставалось только узнать истинные причины назначения Абарая капитаном и сделать так, чтобы об этом не догадался сам Ренджи…
До того, как он успел закончить логическую цепочку, сзади его обхватили сильные руки и прижали к себе. Бьякуя инстинктивно потянулся к Сенбонзакуре, но его остановил знакомый запах. Он настолько ушел в себя, что даже не заметил присутствие столь сильной реяцу.
- Не ожидал, что ты придешь, - тихо отозвался капитан, откидывая голову лейтенанту на плечо и закрывая глаза.
- Я соскучился, - признался красноволосый.
Честный ответ и то, как просто его подчиненный это преподнес, заставили Бьякую смутиться.
- Могу я поинтересоваться, как тебе удалось незамеченным попасть вовнутрь?
- Можешь, - улыбнулся Ренджи, - а еще лучше просто привыкай, что я всегда доберусь до тебя, куда бы ты от меня ни прятался.
Бьякуя подумал, что заявление лейтенанта слишком нахально, похабно и даже оскорбительно. Нужно было что-то ответить, посопротивляться… пусть даже и для вида. С другой стороны, Ренджи был прав, у них и так был крайне загруженный график, в котором было сложно выделить даже несколько минут, чтобы побыть вместе, поэтому упускать такую возможность было бы непростительно. Аристократ развернулся в объятиях крановолосого и потянулся к его лицу, но хрипловатый голос остановил его:
- Ты с самого утра сам не свой. Что случилось?
В темных глазах плескалось беспокойство, а врать близкому человеку крайне не хотелось, поэтому Кучики решил уйти от ответа.
- Сейчас, я хочу думать только о тебе.
«Не задавай вопросов, Ренджи, на которые я не смогу ответить. Я не хочу на них отвечать». От прикосновения теплых рук, вспомнилась ночь их близости: ладони на бедрах, потемневший взгляд, срывающиеся с губ ласковые слова, вкус кожи. Как же давно Бьякуя не мог просто кому-то довериться без страха…
Ренджи помассировал затекшие плечи капитана и потянул того к себе. Прошло несколько секунд, прежде чем Бьякуя приоткрыл глаза, чтобы тут же встретится с задумчивым взглядом:
- М?
- Не обращай внимания, - буркнул Ренджи, криво усмехнувшись, - я просто рад тебя видеть.
Он провел большим пальцем по тонким бровям брюнета, коснулся кончика носа. Прикосновения были настолько нежными и невесомыми, что Бьякуя невольно прикрыл глаза. Палец переместился на верхнюю губу. От этого прикосновения закружилась голова. «Только у него так получается. Только с ним я чувствую себя так особенно».
Бьякуя приоткрыл глаза и столкнулся взглядом с замершим в нескольких сантиметрах от него лейтенантом. Тот внимательно разглядывал его лицо, не спеша продолжать, словно что-то останавливало его.
- Ты… - «в порядке?» хотелось добавить капитану. – Что случилось?
Красноволосый лишь ухмыльнулся, легонько целуя того в лоб.
- Ничего, - горячее дыхание опалило ухо Кучики, теплые губы коснулись мочки. – Просто я уже начинаю забывать твои прикосновения… слишком долго без тебя…
Бьякуя сжал в кулаке черную ткань шикахушо, смакуя ощущение теплых губ на коже. Может это и неправильно, недопустимо, проблематично… Плевать. Об этом можно забыть хоть на какое-то время. Огонь бушующий внутри Ренджи, казалось, греет и его изнутри. Он ломал все, тщательно выстроенные, маски и барьеры. «Ренджи. Я не хочу делиться тобой ни с кем».
Чуть влажные ладони скользнули на щеки. Поцелуй вышел неторопливый, мягкий, длинный. Всего лишь прикосновение губ, а ощущения растекались по всему телу, брюнет тонул в них. Под ладонью бешено колотилось сердце, другая рука скользнула на жесткие алые волосы. Бьякуя был поражен нежностью красноволосого, хотя темпераментность, порывистость мужчины не увязывались с тем, как аккуратно он касался губами губ аристократа, как мягко поддерживал его за затылок и невесомо касался тыльной стороной ладони его щеки. Искренняя нежность, забота и обожание.
Когда лейтенант отстранился, брюнет чуть не застонал от разочарования и, вместо того, чтобы тоже шагнуть назад, подался вперед, уткнувшись носом куда-то в шею Ренджи. «Тепло». Тот лишь улыбнулся, зарываясь носом в мягкие темные волосы и приобнял капитана.
- Ренджи… - «только не уходи».
- А?
Бьякуя закусил губу. Вот теперь, чувствуя тепло Ренджи, невыносимую нежность, которая просто потрясла его, он уже был не так уверен в собственном решении. «Может, стоит рассказать Ренджи о выдвижении его кандидатуры на пост капитана? Он все поймет, в том числе мое нежелание его отпускать. Он послушает меня. Он же… никуда не уйдет».
- Ренджи, я…
Раздался крик. Бьякуя встрепенулся, серые глаза сузились – он узнал голос. В следующую секунду на лице застыла гримаса ужаса.
- Нии-сама!
Через мгновение Бьякуя ушел в шунпо, выхватывая Сенбонзакуру из ножен и ориентируясь на вспышку ее реяцу.
«Держись, Рукия. Я иду».

@темы: РеноБяки, переводы